Смерть на метадоне: история Юли, которая не поехала в центр
На ток-шоу Савика Шустера «Aftershock» Павло Казарьян оказался в прямом разговоре с девушкой, которая находилась на заместительной поддерживающей терапии - на метадоне. Этот эпизод он вспоминает до сих пор.
- Расскажите, что там произошло.
В студии передо мной стояла девушка. Юля. Она была на заместительной терапии - официально получала метадон. И вот мы стоим в кадре, вокруг камеры, шум, а между нами короткий человеческий разговор.
Я ей говорю прямо: Юля, хорошая моя, давай мы тебя заберём в центр. Бесплатно, без условий, без бумаг, без подвохов. Просто поехали, и мы попробуем вытащить тебя по-настоящему. Не заменить одну дозу другой, а вывести совсем.
- Что она ответила?
Вот что важно. Юля сама относилась к этой терапии критично. Резко. Она называла её ловушкой - своими словами, не с моей подачи. Человек внутри программы понимал, что сидит в капкане. И всё равно колебался, думал, взвешивал.
В итоге не поехала. Осталась.
- А потом?
А потом её не стало. Юли сегодня нет в живых.
Я не берусь ставить диагноз задним числом и говорить, что именно её убило - я этого не знаю. Знаю другое: у неё был выход. Живой, конкретный, протянутый рукой в прямом эфире. И она им не воспользовалась, потому что к тому моменту уже была уверена, что выхода для неё нет. Её в этом убедили. Программа, которая называется «поддерживающей», по факту поддержала в ней только одно - веру, что дальше метадона дороги не будет.
- Почему вы вообще об этом рассказываете? Это тяжёлая история.
Потому что она не про статистику, а про то, чем всё это заканчивается. Когда спорят о заместительной терапии, оперируют графиками, процентами снижения вреда. А за графиками - живые Юли, которые считают своё состояние ловушкой, но уже не верят, что из неё можно выйти.
Я эту девочку помню. И помню, что «поддержание» - это не то же самое, что безопасность. Человека можно держать на замене годами, и это не гарантирует ему ни жизни, ни будущего. Настоящая помощь - не удержать в управляемой зависимости, а дать шанс выйти. Пока человек жив, этот шанс есть. У Юли он был. Я до сих пор жалею, что не смог сказать те слова так, чтобы она поехала.
Заместительная терапия остаётся предметом общественной и медицинской дискуссии. Выше - личное свидетельство и позиция Павла Казарьяна как сторонника реабилитации, ориентированной на полную трезвость.
Центр реабилитации «Джерело» - забираем и работаем бесплатно по программе, ориентир - полное выздоровление. С 2006 года.
Если рядом с вами человек, которому нужен выход - позвоните. Анонимно: +380 (99) 258 74 84, Telegram: t.me/ni_narkotikam
Читайте также
- Почему я против метадоновой программы
- Наркоманов лечат наркотиками, но они не выздоравливают
- Павел Казарьян в СМИ
