В Ровно врача будут судить за самовыписывание рецептов на наркотики

Зависимость у врачей - тема, о которой в медицинском сообществе говорят неохотно. Дело ровенского отоларинголога показывает её без прикрас: человек с дипломом и доступом к препаратам выписал себе 95 электронных рецептов и оказался на скамье подсудимых.

Врача в Ровно подозревают в махинациях с рецептами на наркотики

В Ровно на скамье подсудимых оказался врач-отоларинголог, которого обвиняют в незаконном выписывании себе рецептов на наркотические препараты. Областная прокуратура завершила расследование и передала дело в суд.

Что произошло

По данным следствия, 43-летний медик из областного центра в течение 2025-2026 годов использовал медицинскую информационную систему в личных целях. Весной 2025 года, не имея разрешения на работу с наркотическими средствами, он самостоятельно назначил себе лечение препаратом "Налбуфин" - было выписано три электронных рецепта на 110 дней.

С января по апрель 2026 года врач под чужой электронной подписью оформил 95 электронных рецептов на морфин, трамадол и диазепам. Для этого он создал фиктивную запись в системе о собственном лечении.

Обвинения и последствия

Мужчине инкриминируют незаконную выдачу рецептов на наркотики, использование этих документов и несанкционированное вмешательство в работу информационной системы (ч. 1 ст. 319, ч. 1 ст. 318, ч. 1 ст. 361 УК Украины). Подозреваемый признал вину и заявил о раскаянии. Его уже уволили из медицинского учреждения.

Источник: lb.ua

Психологический комментарий
Павел Казарьян - клинический психолог-аддиктолог, директор реабилитационного центра «Джерело»

Читать ▾

Перед нами классический случай «врач-наркозависимый». Внешне образованный человек, который имеет доступ к сильнодействующим препаратам и, казалось бы, понимает риски. Но так ли это на самом деле? Защищает ли профессия от зависимости? Нет. Более того, именно медики - особенно те, кто имеет доступ к наркотическим анальгетикам - чаще других попадают в ловушку самолечения.

Психологическая анатомия зависимости: от одиночества к биохимии

Что движет таким человеком? В основе - не просто желание «попробовать». Обычно за этим стоит хроническая боль - физическая или психологическая, чаще всего - смесь обеих. Врачи нередко ощущают истощение, давление, потерю смысла, профессиональное выгорание. Ответ организма - поиск облегчения. Морфин или трамадол дают быстрое, но иллюзорное решение. Именно здесь запускаются дофаминовые качели: раз за разом мозг учится «награждать» себя наркотиком и уже не может остановиться. Включается классический механизм зависимости.

Семья и коллеги часто не видят или не хотят видеть проблему. Включается механизм созависимости: близкие могут оправдывать, прикрывать, не верить в серьёзность ситуации. Окружение или не замечает, или молча соглашается - «ну он же врач, он знает, что делает».

Дальше - полный разрыв с реальностью. Врач использует электронные подписи коллег, подделывает записи, нарушает закон. Его уже не пугает потеря работы или перспектива суда. У него только одна цель - получить дозу. Всё остальное - туман.

Что будет дальше? Прогноз и точка перелома

Если не вмешаться, сценарий типичен: разрушение профессиональной репутации, изоляция, ухудшение здоровья, судимость, а затем - необратимые последствия для психики и тела. Семья - если не вовлечь её в лечение - тоже оказывается в ловушке стыда и созависимости. Изменения возможны только через полное признание проблемы и длительную реабилитацию под наблюдением специалистов. Одного «искреннего сожаления» недостаточно.

Друзья, если вы замечаете похожие сигналы у себя или близких - не ждите, что «само пройдёт». Зависимость не отпускает просто так. Обращайтесь к специалистам, ищите поддержку, не оставайтесь с этим наедине. И помните: даже врачи, даже самые умные, уязвимы к этой болезни не меньше других.

Зависимость у врачей: почему медики в группе риска

Зависимость у врачей формируется не из-за слабости характера, а из-за совпадения трёх обстоятельств, которых нет в других профессиях. Первое - доступ. То, за чем обычный человек идёт к дилеру, у медика лежит в шкафу и учитывается документом, который он сам и подписывает.

Второе - хроническая перегрузка. Смены по 24 часа, чужая боль каждый день, ответственность за жизнь. Организм ищет способ быстро выключить напряжение, и фармакологию врач знает лучше кого угодно.

Третье - профессиональная иллюзия контроля. «Я знаю дозу, я контролирую» - главная ошибка, с которой начинается зависимость у врачей. Знание фармакологии не спасает от адаптации рецепторов: мозг медика устроен так же, как мозг пациента, и зависимость у врачей развивается по тем же законам.

По данным международных обзоров, риск зависимости от опиоидов у медработников с доступом к анальгетикам выше, чем у населения в целом. Самые уязвимые - анестезиологи, реаниматологи, хирурги и врачи скорой.

Как распознать зависимость у врача рядом

Коллеги замечают проблему поздно, потому что ищут привычные бытовые признаки - запах, невнятную речь, прогулы. При опиоидной зависимости их может не быть годами. Признаки другие:

• Частые «переработки» и дежурства без необходимости: человек держится ближе к месту, где хранятся препараты.
• Расхождения в учёте: списание больше, чем требовалось пациентам, испорченные ампулы, «розлив».
• Сужение жизни до работы: исчезают хобби, друзья, семья отодвигается.
• Резкие перепады состояния в течение смены - от апатии до подчёркнутой бодрости.
• Раздражение в ответ на прямые вопросы и готовые объяснения на каждый эпизод.

Зависимость у врачей почти всегда сопровождается двойной жизнью: на работе человек сохраняет компетентность дольше, чем дома. Поэтому первыми обычно бьют тревогу родные, а не коллеги: дома зависимость у врачей видна раньше.

Что делать, если зависимость у врача в семье

Главное - не превращать разговор в разоблачение. Медик быстрее других найдёт контраргумент, потому что владеет терминологией и привык, что ему верят. Работает другое: спокойное называние фактов и граница, которую семья реально готова держать.

Второй шаг - снять с человека роль «того, кто разберётся сам». Врач не может быть собственным лечащим врачом, и именно эта попытка привела ровенского отоларинголога в суд. Нужен внешний специалист и сторонний контроль.

Масштаб здесь шире одного человека: зависимость у врачей редко ограничивается самим медиком. Рядом обычно есть коллеги, которые годами закрывали глаза, и семья, привыкшая объяснять перемены усталостью после дежурств.

Семье стоит начать с консультации для себя, даже если зависимый ещё ничего не признаёт. Помощь родственникам зависимого начинается с того, что близкие перестают прикрывать последствия и учатся говорить прямо.

Частые вопросы о зависимости у врачей

Правда ли, что зависимость у врачей встречается чаще, чем в других профессиях?

По опиоидам - да. Причина не в характере, а в доступе к препаратам и хронической перегрузке. По алкоголю показатели ближе к средним по населению.

Почему врач не может вылечить себя сам?

Потому что зависимость поражает именно ту часть психики, которая оценивает ситуацию. Знание фармакологии даёт лишь иллюзию контроля: человек точнее рассчитывает дозу, но так же не может остановиться.

Что грозит за самовыписывание рецептов на наркотические препараты?

В этом деле медику инкриминируют незаконную выдачу рецептов, использование таких документов и несанкционированное вмешательство в работу информационной системы (ч. 1 ст. 319, ч. 1 ст. 318, ч. 1 ст. 361 УК Украины).

Может ли врач после реабилитации вернуться в профессию?

Да, при условии длительной ремиссии и внешнего контроля. В ряде стран для медиков действуют отдельные программы восстановления с периодическими проверками и постепенным возвратом допуска к препаратам.

Куда обращаться, если зависимость у врача заметили коллеги?

Сначала - к специалисту по зависимостям, а не к руководству. Зависимость у врачей не исчезает от увольнения: оно убирает доступ к препаратам, но не убирает болезнь, и человек продолжает употребление уже вне больницы.

Что об этом говорят исследования: Уголовный кодекс Украины

Материал издания «Наркополитика Украины» - первого Всеукраинского общественно-аналитического издания. Свидетельство о регистрации КВ №22156-12056Р от 09.06.2016. Издаётся общественной организацией «Джерело», главный редактор Казарьян П.А.